Вести Экономика

ВЕСТИ Прямой Эфир

 

      "Мечел" в поиске покупателя на активы

      Распечатать

      16.09.2014 14:58

      "Мечел" договаривается с банками о погашении задолженности и ищет покупателей на свои активы. Компания рассматривает даже продажу Челябинского металлургического комбината как крайний вариант. Об этом и многом другом нам рассказал гендиректор компании Олег Коржов.

      Олег Викторович, вы недавно озвучили план выхода компании "Мечел" из кризиса. Можете подробнее об этом рассказать, как приняли, что будет делать ваша компания?

      Тот план, который мы озвучили, и презентовали банкам, базируется на наших расчетах, которые мы сделали с нашими специалистами. Он подразумевает определенные допущения. Мы попытались сделать наиболее реалистичную модель. Она не является оптимистичной. Мы заложили умеренный рост цен на сырье. Это является ключевым показателем для нашей компании с точки зрения формирования прибыли и денежного потока. Заложили отдачу от наших инвестиционных проектов.

      Компания в последние годы очень много вкладывала в реализацию инвестиционных проектов, которые были закончены в прошлом и в этом году. Поэтому отдача от этих инвестиционных проектов - дальнейшие, ближайшие перспективы. Соответственно, сделав эту модель, мы увидели, что при умеренном росте цен, при текущей ситуации и при том долге, который компания имеет на сегодняшний день, у нас нет стопроцентных источников для того, чтобы в полной мере гасить задолженность банкам по процентам.

      Наша логика строится на денежном потоке, на расчетах и на тех кассовых разрывах, которые компания должна была получать в ближайшие 2-3 года. Соответственно, наша логика заключается в следующем. Компания и все активы продолжают работать. Мы занимаемся производством и начинаем раскручивать наши инвестиционные проекты. Значит, учитывая разрывы, которые мы получаем, мы бы хотели в ближайшие 2-3 года сделать капитализацию процентов на уровне 50%. Сделать грейс период, то есть, отложить погашение кредитов на 4-5 лет.

      Когда мы заложили эти допущения в модели, мы увидели, что этого в принципе будет достаточно для того, чтобы компания «Мечел» продолжала работать, и мы обслуживали банковские проценты. И через 4-5 лет мы начинаем гасить тело кредита. Безусловно, есть различные нюансы в этом плане. Мы должны договориться, что будем конвертировать наши валютные кредиты в рублевые для того, чтобы минимизировать валютные риски, которые могут быть.

      Мы просим банки снизить процентную ставку по кредитам до того процентного уровня, который мы в состоянии платить. Но, естественно, понимаем, что банкам достаточно сложно будет на это пойти. Поэтому мы предлагаем ряд опций, которые улучшают наши предложения. Первое. Сегодня идет достаточно интенсивный разговор о продаже нашей железной дороги, которую мы построили до Эльгинского месторождения стоимостью 70 млрд рублей. Мы говорим о том, что в случае принятия положительного решения и продажи этой дороги львиная доля этих средств будет направлена на погашение кредитных ресурсов. Менеджментом рассмотрены предложения по продаже части наших основных активов, либо доли, либо частично, либо полностью.

      Мы понимаем, что от продажи этих активов, мы можем выручить порядка 2-3 млрд долларов. Соответственно, продажа дороги плюс продажа активов в диапазоне 2-3 года может дать дополнительный денежный поток, который мы так же гарантируем и обязуемся направить на погашение нашего кредита. Это основное предложение.

      Есть еще одна небольшая опция. Как я уже сказал, мы заложили умеренный рост цен на сырье. В случае, если цены на сырье будут расти более высокими темпами и компания будет получать дополнительную прибыль, мы готовы пересмотреть процентную ставку по кредитам. Потому что изначально мы закладываем достаточно низкую. Мы готовы пересмотреть процентную ставку и готовы ускорить отмену капитализации процентов и ускорить погашение кредитов. Мы видим, что этот вариант должен быть комфортен и удобен все: компании, которая сохраняет свои трудовые коллективы и сохраняет производства, с другой стороны - стабильно работающие на сегодняшний день банки. Которые в конечном итоге вернут и тело кредита, и обслуживание, и проценты по кредитам.

      В нашем понимании этот вариант должен устроить всех. По предложению, которое было сделано менеджментом компании, на основании модели, которую мы также предоставили в банки, больших разногласий по нашей логике, по нашей модели у банков, насколько я знаю, нет. Вопрос договориться в деталях, в нюансах, связанных с реструктуризацией задолженности. В принципе, это не первая реструктуризация задолженности, которая производится компанией "Мечел".

      Для нас это достаточно стабильная работа. Конечно, в таких масштабах мы еще не садились за стол переговоров с банками. Потому что кроме трех основных банков надо будет подключать и остальные банки, которые также есть в кредитном портфеле нашей компании. Но мы надеемся, что это предложение имеет все основания быть принятым и подтвержденным.

      Обширный получился ответ. Я по деталям хотела пройтись. Получается, вы полагаете, что в ближайшие 2-3 года вы будете платить только половину процентов?

      Да.

      Когда начнутся уже выплаты по долгу?

      Мы планируем, что все будет зависеть от конъюнктуры, от тех вопросов, тех опций, которые я назвал. Продажа, не продажа активов. Если мы договоримся по продаже дороги до конца года, то уже в этом году мы сможем часть средств направить на погашение долга. Мы сами заинтересованы в погашении долга и снижении нашей кредитной нагрузки. В условиях, если ничего не продастся: ни дорога, ни активы, то погашение долга мы сможем осуществлять через 4-5 лет.

      Мы планируем, что примерно через 2-3 года наши инвестпроекты выйдут на проектную мощность. Те проекты, которые мы уже реконструировали, практически вышли на свои проектные показатели. Но и в течение этого промежутка мы надеемся, что гораздо дальше продвинемся с точки зрения реализации проекта Эльги, увеличения объема отгрузки и сбыта угольной продукции с этого месторождения. На этом основаны наши предпосылки по увеличению прибыли и выручки нашей компании.

      Сейчас "Мечел" предлагает списать неустойку за несвоевременное погашение долга и проценты на дату реструктуризации. И штрафы за досрочное погашение. Как эти предложения встречают банки?

      Это не самая принципиальная опция, которая фигурирует в переговорах. Гораздо сложнее будут вестись переговоры по процентной ставке, по ее снижению. Мы понимаем, что банки – это коммерческие структуры, которые в первую очередь должны зарабатывать. И, конечно, снижение процентной ставки – это не тот инструмент, который интересен банкам.

      Если мы говорим про процентную ставку, понятно, что есть ключевая ставка. Банки не пойдут на значительное снижение. Но, по вашему, какой будет оптимальный уровень ставки, которая устроит и компанию, и банки-кредиторы?

      Когда мы просчитали (это чистая арифметика), мы увидели, что при тех допущениях, которые мы предложили, у нас получается ставка ЦБ плюс полтора-два процента. Безусловно, я думаю, что в ходе переговоров с банками эта логика поменяется. Но это то, что мы гарантированно можем платить. Если ставка будет больше, то здесь включаются уже другие показатели: какие будут цены на угли и так далее. То есть, мы теоретически можем обслуживать и большую ставку. Но, исходя из текущей ситуации, для нас это будет очень проблематично. И это может сказаться на нашей операционной деятельности.

      Вы говорили по поводу продажи своих активов. Возможно, вы будете продавать, в том числе Челябинский комбинат. Насколько вероятно, что вы продадите этот актив, он все-таки стратегический. И о каких активах вообще идет речь?

      Безусловно, вкладывая деньги в последние годы в Челябинский металлургический комбинат, у нас нет большого желания продавать этот актив. Но, повторюсь, на сегодняшний день компания готова рассматривать варианты продажи любого актива. Весь вопрос в деньгах, какая сумма будет предложена. Естественно, вкладывая миллиард долларов только в реконструкцию универсального рельсобалочного стана, говорить о каких-то небольших ценах по продаже этого актива, наверное, было бы неправильно.

      Мы готовы рассмотреть не обязательно продажу всего актива. Может быть, какой-то пакет, может быть, какие-то производства, какие-то самостоятельные юридические лица или сделать какие-то совместные предприятия. На самом деле, до сегодняшнего дня компания "Мечел" рассматривала варианты продажи только тех активов, которые не приносят положительный денежный поток, либо являются непрофильными, и мы с этой программой в последние 2-3 года справлялись.

      Сегодня мы готовы рассмотреть и другие предложения, потому что ситуация не совсем хорошая. На сегодняшний день рынки, к сожалению, не улучшаются. Конъюнктура рынка остается на достаточно негативном уровне. Поэтому мы готовы рассмотреть и другие предложения. Это может быть абсолютно любое предприятие. Можно рассматривать весь обширный список наших предприятий и разговаривать о нем. Вопрос цены. Если продажа актива, даже стратегически важного, позволит нам кардинально улучшить ситуацию с точки зрения кредитного портфеля, мы готовы рассмотреть эти предложения.

      Вы говорите про 3 млрд. Эту сумму потратила ваша компания отдельно от покупателя или есть разработки, переговоры?

      Мы ведем переговоры сегодня по очень многим активам, которые есть у компании. И у каждого есть своя история и предыстория. Где-то мы учитываем предложение, которое уже есть от наших покупателей. Где-то мы нанимали независимых оценщиков, которые посчитали стоимость актива. Где-то это условный расчет.

      В нашу модель мы заложили достаточно пессимистичный вариант, потому что мы взяли гипотетически то, как мы считаем, можно было бы продать, и еще убрали оттуда 30%. В принципе, мы считаем, что те активы, которые мы определили для себя, за эту цену мы продадим.

      Как вы думаете, это максимальная сумма – 2-3 миллиарда? Вообще, какая максимальная сумма, которую вы можете получить?

      Оптимальная сумма – это стоимость всей компании. Если считать по сегодняшней стоимости акций, это 700 миллионов плюс 8 миллиардов долга. Это в нашем понимании порядка 9 миллиардов долларов. Но это, я еще раз говорю, условная стоимость компании.

      Как вы думаете, через какое время вы сможете продать свои активы?

      Активы разные. Маленькие, средние, большие. Заинтересованность в каждом активе разная. Мы ставим для себя планку продажи активов на 2-3 миллиарда долларов за 2-3 года.

      Вопрос по поводу заинтересованности потенциальных покупателей в ваших активах, которые вы готовы продать, кто может быть потенциальным покупателем?

      Наиболее вероятные покупатели на долю пакета Эльгинского месторождения являются в первую очередь наши зарубежные коллеги. Это те предприятия, те страны, которые являются законодателями в производстве стали и металлургии. Это Япония, Корея и, в первую очередь, Китай. Мы вели переговоры с представителями этих стран. Заинтересованность была, потому что угли достаточно редкой марки не только в России, но и во всем мире. Все понимают уникальность этого проекта, его объемы реализации и ту прибыль, которую он будет давать в будущем. Поэтому интересанты есть.

      Наиболее активны в этой ситуации были китайские наши партнеры. Здесь объективная ситуация, потому что Китай является мировым лидером в производстве стали. И объемы, которые будут добываться на Эльге, в принципе являются незначительными с точки зрения всего объема потребления Китая. Поэтому китайская сторона, она была наиболее активна, наиболее заинтересована. И они наиболее конструктивно вели диалог.

      Вы говорили, что начинала компания с продажи активов. А в целом сейчас, если взять те активы, которые не приносят вам пользу, от их продажи сколько можно получить?

      Таких активов к продаже осталось не много. Это как раз компания Блустоун, это Братский завод ферросплавов, "Кузбассэнергосбыт". По большому счету, остались три компании, которые выставляли на продажу еще года два назад. Стоимость этих активов я вам говорить не буду, потому что это будет неправильно по отношению к тем партнерам, с которыми мы сегодня ведем диалог. Просто это помешает продажам. И зачем нам говорить потенциальным покупателям цены, на которые мы рассчитываем. Три актива из первоначального перечня на сегодняшний день еще не продано.

      Если продажа состоится, насколько это поможет компании?

      На сегодняшний день любая продажа активов, которую мы сделаем, и даст дополнительные средства в денежный поток, она, безусловно, облегчит нам ситуацию.

      Еще одно уточнение. Вы говорите, что другие банки, не основные кредиторы, смогут вам дать карт-бланш, как это будет работать?

      Если формируется какой-то пул банков, который садится за стол переговоров с компанией по реструктуризации, банки с государственным участием в нашем кредите в 8 миллиардов долларов занимают 5,5 миллиардов долларов - это львиная доля. Если мы договариваемся с этими банками, то формируется некий пул и начинаются переговоры с остальными. Все остальные банки присоединяются к тому решению, которое есть.

      Это техническая часть, здесь ничего такого сверхъестественного нет. Это стандартная работа между финансовыми институтами и заемщиками. У нас кроме 5,5 миллиардов есть еще достаточно большой кредит перед западными банками. И предварительные переговоры с ними мы уже провели. Они ждут реакцию трех наших основных банков. В случае, если мы договоримся с банками с гос участием, западный синдикат банков готов садиться за стол переговоров и обсуждать условия реструктуризации их кредитов. Поэтому в принципе, еще раз скажу, это технические вопросы. Предварительно мы проговорили. И понимаем, что этот вопрос мы решим, если будет желание.

      Есть сейчас уже понимание, как реагируют на ваше предложение банки-кредиторы?

      У банков есть встречное предложение, оно, в принципе, озвучивалось. Мы об этом говорили. И банки об этом говорили. Банки предлагают сделать дополнительную эмиссию акций и конвертировать 3 млрд долларов нашей задолженности в акции.

      Что это означает? Что банкам отходит порядка 75% акций, у акционеров остается порядка 10%. И банки снижают свою задолженность с 5,5 миллиардов долларов, соответственно, до 2,5. Это предложение банков одно из ключевых, на котором они настаивают. Поэтому других предложений от банков нет. И, соответственно, вопрос реструктуризации задолженности.

      Нам кажется, что данное предложение не совсем отражает интересы банков. Безусловно, с одной стороны, они станут владельцами компании. Но банковские институты – это не те структуры, которые занимаются эффективным управлением производством, предприятиями. А у нас порядка 40 промышленных предприятий.

      Мы понимаем, что с точки зрения управления, это банкам, наверное, не совсем интересно. С точки зрения погашения долга, как раз, мне кажется, это банкам совсем не интересно. Потому что они получают акции, но снижают кредитный портфель. Соответственно, те проценты, которые начисляются компании, которые в конечном итоге все равно будут уплачены, они, соответственно, потеряют. Поэтому в нашем понимании, каждый должен заниматься своим делом. Компания "Мечел" управлять активами, насколько это возможно эффективно, обслуживать и гасить долг. Задача банков, соответственно, жить на те проценты, которые начисляются компании.

      Вы сказали, что предложение банков не выгодно для вашей компании. Насколько вероятно, что придется придерживаться этого курса? И второй момент – возможно какое-то пограничное решение?

      Мне сложно обсуждать это предложение, потому что я являюсь генеральным директором. Я тоже являюсь миноритарным акционером, но не мажоритарным. Поэтому все-таки вопрос возможно – не возможно, где можно сблизиться, наверное, есть в голове только у нашего акционера. И, наверное, это его прерогатива обсуждать с банками условия, которые выдвинули банки. Я, честно говоря, не в курсе, как продвигается вопрос в этом направлении.

      Наша задача, задача менеджмента, договориться с банками именно о реструктуризации. При этом, мы понимаем, что вопрос о реструктуризации нельзя снимать с повестки дня, потому что не принципиально, кто будет акционер и кто будет генеральный директор или какой будет у компании менеджмент реструктуризировать долг все равно придется. Конъюнктура рынка такова, что обслуживать долг в 8 миллиардов на сегодняшний день и платить своевременно проценты компания просто не в состоянии.

      Сроки есть какие-то, когда можно будет договориться с банками?

      Переговоры с банками начались у нас весной 2014 года. И мы рассчитывали, что вопрос мы решим достаточно быстро. Вопрос до сих пор не решен. Мы ведем переговоры с банками по реструктуризации. В этом направлении банки идут навстречу, мы садимся за стол переговоров и пытаемся обсудить условия реструктуризации. Но, безусловно, здесь мы всегда натыкаемся на вопрос, который я озвучивал выше. На доп эмиссию, конвертацию долга в акции. Здесь менеджмент опять же не участвует, еще раз повторюсь. Поэтому мне сложно сказать, когда мы придем к какому-то компромиссу.

      Я понимаю, что по реструктуризации задолженности мы бы могли прийти к вопросу достаточно быстро. Если будет принципиальное решение, то вопрос условий реструктуризации – это вопрос техники. И мы неоднократно, как я уже сказал, это делали. Значимым вопросом в этом соглашении или в этом пакете является продажа железной дороги. Здесь мы ведем достаточно интенсивные переговоры с РЖД. Мы понимаем заинтересованность РЖД. РЖД в принципе не возражает и готова приобрести эту дорогу. Весь вопрос упирается, как всегда, в деньги.

      На сегодняшний день у РЖД нет финансовых ресурсов, которые бы они могли направить на приобретение железной дороги. В этой связи мы подготовили целый ряд предложений и рассматриваем различные варианты для того, чтобы все-таки эта сделка состоялась. Мы предложили вариант отсрочки платежей за дорогу на пять лет равными долями. Мы предложили вариант отсрочки всей суммы на пять лет. После чего по факторинговой схеме продать этот договор или эту задолженность. Мы смотрим различные варианты. И я понимаю, что самое главное, что у нас есть, это понимание и заинтересованность РЖД приобрести нашу дорогу. Если есть такое желание, то я думаю, что в конечном итоге мы найдем вариант. Хотелось бы, чтобы такое же желание появилось у банков, тогда я думаю, вариант найдется.

      По поводу этой сделки. По-вашему, насколько эта сделка сейчас реализуема?

      Еще раз повторюсь. Если будет принципиальное решение, то сделку в принципе можно осуществить. Я понимаю, что это все равно определенные процедуры, которые в любом случае технически мы должны будем пройти. Приведу пример. На этой неделе специалисты РЖД достаточно большим коллективом выезжали на железную дорогу для того, чтобы как следует ее посмотреть и сделать техническую экспертизу дороги. То есть, этот вопрос идет. Я понимаю, что и процесс технической продажи дороги – это тоже не за один день. Все-таки это достаточно большой актив с огромным количеством инфраструктурных объектов. То есть, в моем понимании, в принципе, за 2-3 месяца сделку можно было бы закрыть. При желании.

      Стоимость активов дороги 70 млрд рублей. Вы говорили, что готовы направить деньги на погашение долга. Полная сумма пойдет на погашения долга или часть?

      Все зависит от схемы, по которой мы продадим дорогу. Потому что 70 млрд – это стоимость всей железной дороги. Если РЖД будет продавать эту дорогу в рассрочку, то мы будем скорее всего осуществлять факторинговую сделку по договору купли-продажи. То есть, здесь уже условия зависят от того, сколько денег в конечном итоге получит компания "Мечел". Поэтому мы надеемся, что, как минимум, половину денег от тех, которые мы получим в конечном итоге, мы направим на погашение нашей задолженности перед банками — от 35 до 45 млрд. рублей.

      Есть уже решение по оставшейся сумме?

      Оставшаяся сумма будет потрачена на наши взаиморасчеты с нашими подрядчиками. Мы понимаем, что в текущей ситуации мы в первом полугодии 2014 года достаточно прилично подсадили наших подрядчиков. Мы гасили, в первом полугодии порядка 500-550 миллионов долларов банкам по телу кредита. И таким образом, мы достаточно существенно вымыли наши оборотные средства. У нас сегодня накопились задолженности перед нашими поставщиками контрагентами.

      Поэтому, безусловно, определенную часть денег мы бы хотели направить на то, чтобы выровнять наши взаимоотношения с нашими поставщиками. Поэтому остальная часть суммы будет направлена на то, чтобы вести нашу операционную деятельность ритмично, равномерно, для того, чтобы подтянуть наши заводы с точки зрения их комплектации и наличия запасов, товарно-материальных ценностей и так далее.

      Вчера появилась информация, что с начала года железная руда подешевела почти на 40%, достигла максимума сентября 2009 года. Что это, как это отражается на вашей компании?

      В любом случае любое понижение цен на ту или иную продукцию, которую мы производим, негативно влияет на финансово-экономическое состояние компании. Но в чем плюс нашей компании, о чем мы неоднократно говорили, это то, что у нас вертикально интегрированная компания. Соответственно, спад бывает везде. То уголь упадет, то металл упадет, то ферросплавы, то железорудное сырье. Но за счет того, что у нас компания вертикально интегрированная, у нас всегда есть определенный баланс нашего денежного потока.

      Поэтому снижение цен, безусловно, повлияло не очень хорошо на общую ситуацию, но не критично. Мы после того, как уменьшились цены, переориентировали наши продажи. Если до этого мы продавали по достаточно хорошим ценам железорудный концентрат в Китай, то после падения цен мы его перенаправили на наши активы, на наш Челябинский металлургический комбинат. В результате, с одной стороны, мы имеем минус по реализации ЖРК, но мы имеем достаточно дешевое сырье с точки зрения входа на Челябинский металлургический комбинат. Да, ничего хорошего, но не так уж и смертельно с точки зрения общей ситуации в компании.

      В целом, если говорить о стратегии, если берем оптимистичный сценарий, и компания решает проблемы с основными кредиторами. Как в дальнейшем будет строиться стратегия с точки зрения цен и позиции на рынке?

      На текущий момент, с точки зрения продажи металлопродукции, в принципе, цены достаточно неплохие. Что и показали результаты всех металлургических компаний во 2-3 квартале. В принципе, здесь больших вопросов нет. С точки зрения сырья, то сырьевые рынки являются цикличными. Сегодня, как мы уже неоднократно говорили, они находятся на своем историческом минимуме за последние 7 лет. Поэтому ждать какого-то резкого взлета после этого не приходится.

      В любом случае, за падением всегда идет рост. То есть, мы уже в сентябре заключаем контракты по ценам примерно на 3-5 долларов выше. Мы ожидаем постепенное увеличение цен в 4 и в 1 квартале. На какой-то кардинальный рост мы не рассчитываем. Цены 2015 года будут точно выше, чем цены 2014 года.

      Если говорить про стратегию, будет ли что-то меняться, будут новые акценты расставляться?

      Все зависит от того, какой будет компания через 2-3 года, как я уже сказал. Поэтому говорить о стратегии компании можно, когда понимаешь весь набор активов, которым ты управляешь. От этого зависит баланс сырья. От этого зависит баланс сбыта и так далее. Поэтому на сегодняшний день мы не строим какие-то громадные и глобальные стратегические планы. Просто это было бы, наверное, неправильно, некорректно. На сегодняшний день мы ищем варианты, как выйти из сложившейся ситуации. После того, как мы выйдем из этой ситуации, мы будем понимать, какую стратегию мы выберем в будущем. Но в любом случае, мы надеемся, что логика компании в части собственного позиционирования сохранится: это крупная угледобывающая компания с достаточно специфичным сегментом бизнеса в металлургии.

      Если мы говорим о продаже Челябинского комбината, насколько это вписывается в стратегию компании?

      Безусловно, Челябинский металлургический комбинат является нашим самым крупным металлургическим активом. И, безусловно, его продажа достаточно серьезно повлияет на весь баланс, как я уже сказал, сырья и движения наших товарных потоков. Поэтому продажу ЧМК мы пока не рассматриваем. То есть, это будет, наверное, одно из последних решений, если мы такое будем принимать. Поэтому в первую очередь мы смотрим другие активы, более мелкие, средние активы. И смотрим не только продажу всего актива, но и продажу какой-то его части.

      Санкции на вашей компании как отражаются?

      Практически никак. Всю металлопродукцию, которую мы производим, мы продаем на внутреннем рынке. У нас нет экспорта. Уголь, который уходил на юго-восточную Азию, Китай, он большого отношения к санкциям не имеет. Страны Южной Кореи и Японии, которые являлись всегда историческими нашими потребителями, они от своих контрактов не отказываются.

      Мы производим достаточно хороший уголь, качественный, поэтому они заинтересованы в том, чтобы производство работало. Поэтому срывов по ставкам контрактов не было.

      Было определенное опасение по отгрузкам антрацитов в Европу после того, как Европа начала вводить санкции. Но и по этому сегменту рынка отрицательных подвижек нет. С Украиной мы перестали работать еще в прошлом году. У нас были, в принципе, неплохие объемы отгрузки на Украину два года назад, но потихоньку мы от нее ушли. Переориентировали на рынки Юго-Восточной Азии. Цены были практически идентичными.

      Беседу провела корреспондент ТК "Россия-24" Мария Кудрявцева.

      Рубрики: Товары, ТЭК, Металлургия

      Метки: Мечел, активы, банки, долг, кредиторы, уголь, цены

      Читайте также

      

      Видео

      

      Инфографика

        Популярное

        • 33 города с самым низким уровнем жизни

          26.05.2016

          Mercer, одна из крупнейших консалтинговых компаний в сфере HR, публикует свой ежегодный индекс качества жизни Quality of Living Index, в рамках которого города мира оцениваются с точки зрения качества жизни по целому ряду параметров.

        • Путин назначил Кудрина на новый пост

          17.05.2016

          Экс-министр финансов РФ Алексей Кудрин по распоряжению президента РФ Владимира Путина назначен руководителем рабочей группы экономического совета при главе государства по направлению "Приоритеты структурных реформ и устойчивый экономический рост".

        • 10 шокирующих предсказаний на 2016 год

          16.12.2015

          Ежегодно эксперты Saxo Bank публикуют набор шокирующих прогнозов на предстоящий год. Некоторые из прогнозов противоречат общепринятой логике, некоторые из них сбываются. История шокирующих прогнозов пронизана стремлением уйти от стереотипов.

        • Силуанов: граждане теперь сами позаботятся о пенсии

          17.05.2016

          Минфин и ЦБ подготовили реформу пенсионных накоплений, ключевой пункт которой – установление частной собственности на пенсионные накопления, которые могут наследоваться из поколения в поколение, заявил в интервью "Вести. Экономика" глава Минфина А.Силуанов

        • Новости из США подбросили нефть выше $50 за баррель

          26.05.2016

          Запасы нефти в США снизились почти в два раза сильнее ожиданий, что позволило ценам на нефть достигнуть максимальных отметок за более чем полгода.

        Актуальные темы

        • Новые реалии нефтяного рынка

          Министр энергетики РФ Александр Новак предлагает оценить состояние отрасли, чтобы ответить на вопрос, выдержат ли нефтяники новые ценовые удары.

        • Зачем ЦБ таргетирует инфляцию?

          Банк России, отпустивший рубль в свободное плавание, сделал именно таргетирование инфляции точкой отсчета для своих решений. И первый заместитель председателя ЦБ РФ Ксения Юдаева расскажет почему.

        • Мифы и правда об инвестициях в Россию

          Манипулировать инвестиционными данными и кричать: "Отток, отток!" легко, а разобраться сложно. Надеемся, что глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев отделит правду от домыслов.

        • Информационные войны на нефтяном рынке

          Рустам Танкаев, генеральный директор ЗАО «ИнфоТЭК-Терминал» и ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России расскажет, почему далеко не вся нефтяная статистика правдива и почему именно Россия часто становится целью для информационных атак.

        Рекомендуем

        Карта российского рынка

        Метки

        Медиаметрикс

        Обратная связь закрыть

        Форма обратной связи

        Пожалуйста, введите текст изображенный на картинке внизу.

        Отправить

        Ошибка на сайте закрыть

        Форма Отправки ошибки на сайте

        Пожалуйста, введите текст изображенный на картинке внизу.

        Код чувствителен к регистру. Чтобы обновить, кликните один раз на картинке.

        Отправить